Концессии, ГЧП и национальный капитализм: не раздаёт ли Камерун свои стратегические активы?

Интервью Эжена Ньямбаля телеканалу Fauteuil Rouge TV, 28 сентября 2026 года (на французском языке). Приведённые ниже цитаты взяты из этого интервью.

Когда стратегическая отрасль передаётся транснациональной компании на 30 лет, следующее правительство наследует обязательства, но не доходы. В этом суть критики Эжена Ньямбаля (Eugène Nyambal) в адрес того, как Камерун финансирует своё будущее. Камерунский экономист, бывший руководитель миссий Всемирного банка и бывший старший советник в Исполнительном совете МВФ по африканским странам, заявил в эфире Fauteuil Rouge TV, что умножение государственно-частных партнёрств и концессий в горнодобывающей отрасли, энергетике и портах является одной из самых серьёзных экономических проблем страны. Его рецепт — то, что он называет «национальным капитализмом»: сначала камерунский капитал, а иностранные инвесторы в качестве дополнения.

Эта статья, третья в нашей серии о его диагнозе, проверяет этот аргумент на сделках, стоящих на повестке дня в 2026 году: нефтеперерабатывающий завод SONARA, плотина Нахтигаль (Nachtigal), американо-камерунский инвестиционный диалог, бывший Société Générale Cameroun, Sosucam и арбитраж по железорудному проекту Мбалам (Mbalam).

Проблема 30 лет

Возражение Ньямбаля касается не столько частного капитала, сколько сроков. Концессия или ГЧП, как правило, фиксирует тарифы, гарантии и распределение доходов на десятилетия. По его мнению, это выводит стратегическую отрасль из-под контроля будущих правительств:

« Quand vous donnez une concession à une multinationale sur 30 ans, ça veut dire que s'il y a un nouveau régime qui arrive… il n'aura aucun revenu de ce secteur pendant 30 ans. »

«Когда вы отдаёте транснациональной компании концессию на 30 лет, это значит, что если придёт новая власть… у неё не будет никаких доходов от этой отрасли в течение 30 лет». (наш перевод)

— Эжен Ньямбаль (Eugène Nyambal), бывший старший советник в Исполнительном совете МВФ. Fauteuil Rouge TV, 28 сентября 2026 года

Он идёт дальше и называет распространение ГЧП и концессий в стратегических отраслях «преступным». Это его мнение, а не юридическая квалификация. Но риск, который он описывает, знаком каждому, кто читает концессионные договоры: государство сохраняет политические риски, а денежные потоки уходят концессионеру. Похожий компромисс в камерунских портах мы рассматривали в статье о портовых концессиях и рисках для инвесторов.

SONARA: восстанавливать как ГЧП или как национальный проект?

НПЗ в Лимбе простаивает с пожара 2019 года. Правительство отказалось от прежней схемы восстановления в пользу ГЧП по модели «проектирование — строительство — финансирование — обслуживание», провело рыночные консультации 29–30 июня 2026 года и оценило объём проекта примерно в 700 млрд франков КФА. SONARA и без того имеет значительный отрицательный собственный капитал. Ответ Ньямбаля краток:

« La SONARA qu'on va reconstruire, on veut la mettre en PPP. Non. »

«SONARA, которую мы собираемся восстанавливать, хотят отдать в ГЧП. Нет». (наш перевод)

— Эжен Ньямбаль. Fauteuil Rouge TV, 28 сентября 2026 года

Он хочет, чтобы НПЗ был восстановлен как национальная инвестиция, открытая для камерунских частных инвесторов, а не для одного иностранного оператора. Смогут ли местные рынки капитала привлечь такие средства — открытый вопрос, но этот выбор определит облик более широкого энергетического узла вокруг Лимбе, который мы описали в статье об энергетическом порте Лимбе.

Нахтигаль: цена take-or-pay

Нахтигаль — флагманский гидроэнергетический ГЧП-проект Камеруна. С 18 марта 2025 года, когда стали доступны его 420 МВт, государственный покупатель по условиям take-or-pay должен около 10 млрд франков КФА в месяц независимо от того, способна ли сеть принять эту электроэнергию. К февралю 2026 года задолженность достигла примерно 126 млн долларов.

« On se fait tromper pour payer 10 milliards par mois sur 30 ans. »

«Нас обманом заставляют платить 10 миллиардов в месяц в течение 30 лет». (наш перевод)

— Эжен Ньямбаль. Fauteuil Rouge TV, 28 сентября 2026 года

Ежемесячная сумма подтверждена; оценка принадлежит ему. Для инвесторов Нахтигаль показывает обе стороны: банкоспособный договор take-or-pay защищает производителя, но покупатель в стеснённом финансовом положении превращает эту защиту в задолженность.

Американские «возможности»: плотина, аэропорт и сеть

27 августа 2026 года в Яунде прошёл первый американо-камерунский экономический диалог. Были определены инвестиционные возможности примерно на 7 млрд долларов, включая проект ГЭС Гранд-Эвенг (Grand Eweng; 1080 МВт, около 1855 млрд франков КФА, или примерно 3 млрд долларов), аэропорт в районе Дуалы стоимостью около 2 млрд долларов и центр обработки данных. Речь идёт о возможностях, находящихся в стадии обсуждения, а не о подписанном обязывающем соглашении; условия финансирования не опубликованы.

Ньямбаль сравнивает эту плотину с эфиопской плотиной Великого возрождения, открытой в сентябре 2025 года: 5150 МВт примерно за 5 млрд долларов. Согласно этим цифрам, предлагаемая камерунская плотина обойдётся почти втрое дороже в расчёте на мегаватт.

Масштаб и геология объясняют часть разрыва; одна цифра не решает вопроса. Более важный тезис Ньямбаля касается приоритетов. По его мнению, Камерун должен сначала инвестировать в передачу и распределение электроэнергии, чтобы энергия существующих плотин доходила до потребителей, прежде чем брать на себя обязательства по новой генерации, за которую ему, возможно, снова придётся платить, не используя её.

Société Générale Cameroun: куплен, переименован, выставлен на продажу

В июле 2025 года государство подписало соглашение о покупке доли Société Générale в 58,08% в её камерунской дочерней компании, заплатив 129 млрд франков КФА. Сделка была закрыта 12 мая 2026 года; банк стал называться General Bank of Cameroon, а государству принадлежит 83,68%. Сейчас идёт поиск нового стратегического акционера; упоминались несколько региональных групп.

Ньямбаль утверждает, что банк зарабатывает около 50 млрд франков КФА в год и что покупка была профинансирована за счёт еврооблигаций; ни одна из этих цифр не подтверждена открытыми источниками. Он также опасается, что долю перепродадут путём прямых переговоров, а не через открытый тендер. Его альтернатива — национальный банковский полюс, как в Кот-д'Ивуаре, где государство в 2022 году выкупило BICICI у BNP Paribas, а доля государства в банковском секторе в 2019–2023 годах примерно удвоилась. Он считает непоследовательным создавать национальную Caisse des dépôts и одновременно продавать банковские активы.

Его минимальное требование — прозрачная и конкурентная продажа — разделило бы большинство инвесторов.

Sosucam: камерунский покупатель, затем пауза

13 августа 2026 года Somdiaa подписала соглашение о продаже своей доли в 82% в сахаропроизводителе Sosucam камерунскому консорциуму из пяти участников, объявившему инвестиционный план примерно на 210 млн евро. 16 августа правительство приостановило сделку и создало руководящий комитет, которому отведено шесть месяцев на подготовку выводов. Убыток Sosucam составил 15 млрд франков КФА в 2023 году и 22 млрд в 2024 году.

Ньямбаль не возражает против продажи камерунцам; он хочет, чтобы она пошла дальше и расширила круг камерунских акционеров, а не сосредоточила компанию в немногих руках. Это первая проверка того, что «национальный капитализм» будет означать на практике.

« Il faut développer un capitalisme national. »

«Нужно развивать национальный капитализм». (наш перевод)

— Эжен Ньямбаль. Fauteuil Rouge TV, 28 сентября 2026 года

Его модель — Нигерия при Олусегуне Обасанджо, где сначала поддерживали отечественных предпринимателей, а иностранные инвесторы приходили «в качестве дополнения», во вторую очередь.

Мбалам: во что обходится неудачный выход

Если концессии рискованно подписывать, то и расторгать их дорого. В июле 2026 года трибунал МТП обязал Камерун выплатить около 616 млн долларов австралийской горнодобывающей компании Sundance Resources в связи с железорудным проектом Мбалам. Конго, которому был предъявлен гораздо более крупный иск по тому же трансграничному проекту, выиграло своё дело в январе 2026 года. Ньямбаль говорит, что Камерун проиграл после того, как отказался от совместного подхода с Браззавилем. Его более широкий призыв — прекратить «безответственные» концессии и пересмотреть приватизации 1990-х годов — содержит встроенное предупреждение: у пересмотра условий есть цена.

Прецедент Geovic

Взгляды Ньямбаля на концессии имеют личную подоплёку. Он связывает свой уход из МВФ с кобальтовым проектом Geovic. Далее — сначала задокументированные факты, затем его обвинения, чётко отделённые друг от друга.

Что показывают открытые документы:

• 2003 год: камерунская дочерняя компания Geovic, Geovic Cameroon PLC, получила лицензию на добычу на участке площадью около 1250 км², охватывающем кобальт-никель-марганцевые месторождения Нкамуна (Nkamouna) и Мада (Mada) в Восточном регионе.
• Структура собственности: согласно документам, поданным Geovic в Комиссию по ценным бумагам и биржам США (SEC), Geovic принадлежало 60,5%, государственной Société nationale d'investissement (SNI) — 20%, а четырём камерунским физическим лицам, не названным в этих сводках, — 19,5%.
• 25 июля 2019 года: президент Поль Бийя принял генерального директора Geovic Майкла Мейсона, который объявил об инвестициях около 400 млн долларов и создании около 700 прямых рабочих мест.
• Август 2019 года: SEC отозвала регистрацию ценных бумаг Geovic Mining Corp., поскольку компания не подавала периодическую отчётность с 2014 года. Это была административная мера в отношении компании.
• 12 февраля 2025 года: после примерно 23 лет без добычи лицензия была отозвана президентским указом и впоследствии передана государственной горнодобывающей компании SONAMINES. Geovic оспаривает отзыв и пригрозила арбитражем. По имеющимся сообщениям, теперь к месторождению проявляют интерес другие американские инвесторы.

Что утверждает Ньямбаль: по его словам, он выступал против этой схемы, работая в МВФ, и утверждает, что связанные с МВФ государственные средства, которые он оценивает примерно в 60 млн долларов, были использованы для финансирования доли государства и похищены. МВФ уволил его в июне 2009 года. Его иски в США были отклонены на основании иммунитета МВФ без какого-либо решения по существу. Его обвинения не были подтверждены ни одним судом или публичным расследованием.

Приведённые выше обвинения принадлежат самому Эжену Ньямбалю. Geovic, SONAMINES, Министерству горнодобывающей промышленности, SNI и МВФ предложено ответить; любой ответ будет опубликован здесь.

Что это значит для инвесторов

• Незыблемость договоров против риска пересмотра. Задолженность по Нахтигалю, отзыв лицензии Geovic и приостановка сделки по Sosucam показывают государство, которое подписывает долгосрочные договоры, а затем пересматривает их. Закладывайте это в доходность и настаивайте на чётких оговорках об изменении законодательства и расторжении.
• Арбитражные риски. Решение по Мбаламу на 616 млн долларов увеличивает государственные обязательства в момент, когда Камерун движется к новой программе МВФ. Иск Geovic добавил бы ещё. Арбитраж может защитить инвесторов, но взыскание присуждённой суммы с государства в стеснённом положении — процесс медленный.
• Куда может двинуться политика. От SONARA до Sosucam настроения смещаются в сторону местного содержания и национального капитала. Будущие ГЧП могут включать требования о камерунских соинвесторах, листинге на региональной бирже или открытых тендерах на государственные доли. Иностранные инвесторы, заранее привлекающие местных партнёров, окажутся в более выгодном положении.
• Возможности для камерунского капитала и диаспоры. Доля в General Bank of Cameroon, расширенный круг акционеров Sosucam и национальный транш восстановленной SONARA — именно те активы, которые Ньямбаль хочет видеть в камерунских руках. Если государство пойдёт по этому пути, ему понадобятся внутренние сбережения, пенсионные фонды и инвесторы из диаспоры, чтобы их выкупить, а также прозрачные процедуры продажи, чтобы их привлечь.

Заключение

Язык Ньямбаля резок, а некоторые его цифры выходят за рамки того, что подтверждают открытые источники. Но описываемая им картина реальна: долгие концессии, дорогостоящие договоры take-or-pay, государство, которое покупает банк лишь для того, чтобы искать ему нового владельца, и арбитражные счета при неудачном выходе. Его альтернатива — национальный капитализм, ставящий на первое место камерунских вкладчиков и предпринимателей, — не отказ от инвесторов. Это требование прозрачности в вопросе о том, кому принадлежат стратегические активы страны, как долго и на каких условиях. Следующий контракт по SONARA и продажа General Bank of Cameroon покажут, прислушивается ли Яунде.

Источники: интервью с Эженом Ньямбалем, Fauteuil Rouge TV, 28 сентября 2026 года; Jeune Afrique и MINFI (ГЧП SONARA); Investir au Cameroun и Agence Ecofin (Nachtigal); Agence Ecofin и AllAfrica (американо-камерунский диалог, 27 августа 2026 года); ENR (GERD); Société Générale, Agence Ecofin и EcoMatin (General Bank of Cameroon); Jeune Afrique (BICICI); Financial Afrik и NotreAfrik (Sosucam); Mining.com и Ecofin Agency (решение по делу Mbalam/Sundance); отчёты 10-K Geovic Mining Corp. и распоряжение SEC 34-86746 (2019); Afrik.com (аудиенция 25 июля 2019 года); Investir au Cameroun и Business in Cameroon (отзыв лицензии Nkamouna); Апелляционный суд США по округу Колумбия, Nyambal v. IMF (2014), и 100Reporters (обвинения Ньямбаля). Оценочные суждения принадлежат интервьюируемому.

English · Français · Deutsch · Türkçe · Русский · 中文 · العربية